Өксөкүлээх Өлөксөй — барыллар ыккардыларынааҕы ураты

Перейти к навигации Перейти к поиску
59 089 баайт эбиллибит ,  13 сыл ынараа өттүгэр
Боруоба5а боруок суох
к (5 торум)
(Боруоба5а боруок суох)
Биобиблиография А.Е. Кулаковского
'''Өксөкүлээх Өлөксөй''' - Алексей Елисеевич Кулаковскай - саха литератууратын төрүттээччилэртэн биирдэстэрэ, поэт, наука араас көрүҥнэригэр маҥнайгы оҥкулу оҥорбут чинчийээччи, гуманист-философ.
 
А.Е. Кулаковский для якутского народа имеет непреходящее значение и оказывает благотворное влияние на его интеллектуальное развитие. И потому при тоталитарном режиме вокруг его имени шла широкая полити-ческая борьба. Якутский обком КПСС последовательно принял пять постановлений. 1 марта 1943 г. бюро якутского обкома партии запретило изучение, печатание и распространение произведений "националиста" Кулаковского. 16 октября 1944 г. официально решило вернуть творчество Кулаковского родному народу, на 6 февраля 1952 г. специальным постановлением бюро обкома, а затем пленума вновь было запрещено творчество Кулаковского. 16 февраля 1962 г. Якутский обком КПСС с некоторыми оговорками, принижающими Кулаковского как основоположника якутской литературы и роли общественного и культурного деятеля, вернул поэта родному народу. В годы перестройки бюро якутского обкома партии отменило все оговорки и ограничения.
1877 сыллаахха Амма өрүс үрдүгэр турар Учай алааска (билигин [[Таатта улууһа|Таатта улууһун]] сирэ) төрөөбүтэ.
{{Bio-stub}}
 
За всеми этими решениями и подходами стояли столкновения характеров, острые дискуссии, иногда бескомпромиссная политическая борьба, сопро-вождавшая человеческой жертвой, сломленной человеческой судьбой. Лучшие представители народа всегда боролись за Кулаковского.
[[Category:Wp/sah|Ө]]
 
100-лет со дня рождения А.Е. Кулаковского 1977 г. совпала с очередной политической дискредитацией, попыткой нового запрета, предпринятой тогдашним секретарем по идеологии обкома КПСС Ю.Н. Прокопьевым, доктором исторических наук, проф. Ф.Г. Сафроновым и их друзьями. Якутские противники Кулаковского доставляли материалы новосибирским и московским своим сотоварищам, которые опубликовали в различных изданиях с 1975 по 1977 гг. более 30-ти публикаций с оскорбительными выпадами против Кулаковского и его защитников.
 
Таким образом, вокруг имени А.Е. Кулаковского никогда не затухала острая идеологическая борьба со времени выхода статьи А.А. Иванова-Кюндэ "Фатализм, мистицизм и символизм в произведениях якутских писателей", опубликованной 17-18 марта 1926 г. в газ. "Социалистическая Якутия". Именно идеологическая, ибо шла борьба за изменение полити-ческого курса обкома партии на почве признания "национализма" Кулаков-ского. Если все эти негативные публикации собрать воедино (что не под силу двум-трем специалистам), то получился бы библиографический указатель не только по истории якутской литературы и критики, но и политической борьбы по отдельным периодам истории Советской Якутии. Пример: республиканские газеты "Кыым" и "Социалистическая Якутия" только за один февраль 1952 г. о Кулаковском и его защитниках опубликовали 127 негативных материалов. Если здесь приплюсовать материалы более тридцати районных газет, радиопередач, двух журналов "По Ленинскому пути" и "Хотугу сулус", то получится астрономическая цифра. Ведь подобная пропаганда длилась в течение 1952-1953 годов, с некоторым спадом в последующие годы.
 
Однако биобиблиографическая хроника, составленная двумя ведущими специалистами Национальной библиотеки - зав. краеведческим отделом В.Н. Павловой и главным библиографом Я.А. Захаровой, и председателем литературного фонда им. А.Е. Кулаковского, старшим научным сотрудником ИГИ Л.Р. Кулаковской является полной и добротной, составленной на основе методики и методологии научной библиографии.
 
В.Н. Павлова по составлению указателей имеет большой богатый опыт. В 1986 г. под ее руководством составлен указатель "Максим Кирович Аммосов" и издан отдельной книгой с объемом 5 п. л. Указатель отмечен третьим призовым местом на ХI Всероссийском конкурсе научных трудов по библиографии и библиотековедению. В 1996 г. она вместе с Л.С. Алебастровой составила библиографический указатель трудов проф. доктора философских наук А.Е. Мординова.
 
Я.А. Захарова также имеет хороший положительный опыт. Она в 1992 г. к 100-летию со дня рождения П.А. Ойунского классика и основоположника нового направления якутской литературы, выдающегося государственного и политического деятеля и ученого опубликовала биобиблиографический указатель с описанием 1500 карточек. Указатель издан отдельной книгой с объемом 8 п. л.
 
Вполне резонно возникает вопрос: почему навстречу со дня рождения А.Е. Кулаковского не было предпринято составления подобного рода указателя?
 
Мы в какой-то степени уже ответили на этот вопрос. Но если наши наблюдения и выводы подкрепить фактическим материалом, то положение было таково.
 
По распоряжению бюро Якутского обкома партии во всех газетах запрещалось печатание авторских материалов о Кулаковском. Накануне 100-летия поэта поступила за подписью зав. отделом агитации и пропаганды и зав. отделом культуры в адрес бюро обкома партии записка. Рассмотрев ее, бюро приняло решение, смысл которого заключается в том, что ограничить мероприятия по проведению юбилея. Только в двух респуб-ликанских газетах "Кыым" и "Социалистическая Якутия" были напечатано статьи литературоведов Г.С. Сыромятникова, Н.Н. Тобурокова и В.И.Федорова, который никогда не занимался А.Е. Кулаковским, в соавторстве с Г.С. Сыромятниковым опубликовал, статью в журнале "Хотугу сулус". В родном Таттинском районе было запрещено проведение торжественного собрания, в районной газете "Коммунист" без всякого комментария были опубликованы три произведения А.Е. Кулаковского "Пароход", "Самолет", "Армия снежно-ледяной страны" под заголовкой "100 лет А.Е. Кулаковского". В газете "Ленские маяки" Орджоникидзевского района были подготовлены авторские материалы на второй полосе, но по указанию обкома КПСС публикация приостановлена. В Сунтарском районе отлили золотой значок с барельефом поэта, но тиражирование не было. Многочисленные районные мероприятия, публикация авторских материалов в журналах "Хотугу сулус" (один номер целиком посвящался Кулаковскому) и "Полярная звезда" также были сняты областным комитетом партии.
 
Теперь можно сопоставить данные 79 дискретизирующих материалов в газете "Кыыме" и 48 в газете "Социалистическая Якутия" о Кулаковском, опубликованных только за один месяц 1952 года. Вот что означал тоталитарный режим, беспредельное господство от имени партии одной личности и ее окружения.
 
Библиография произведений А.Е. Кулаковского впервые была напечатана в 1927 г. в Иркутске П.П. Хороших в специальной статье "Научно-литературное наследство А.Е. Кулаковского" в сборнике "Очерки по изучению Якутского края" (Вып. I.), посвященном пятилетию со дня образования Якутской АССР. Автор считает Кулаковского этнографом, вышедшим из среды "сибирских туземных племен", занимающий "почетное место". Он приводит подробное описание 11 опубликованных работ поэта и этнографа и 5 статей о нем.
 
Г.П. Башарин в книге "Три якутских реалиста-просветителя: (Из ист. общ. мысли дорев. Якутии" (Якутск, 1944) приводит список 17 произведений Кулаковского и 21 статью о его жизни, деятельности и творчестве.
 
Н.Н. Павлов (Тыаhыт) в 1948-1949 годах завершил двухтомную машинописную рукопись "Якутская художественная литература. Библио-графический справочник". В нем включено 41 название произведений Кулаковского и 129 статей о нем.
 
В 1966 г. Е.Е. Алексеев на якутском языке опубликовал монографию "Ексекулээх Елексей. О жизни и творчестве А.Е. Кулаковского (1877 - 1926 г.г.)". В книге составлена библиография, состоящая из разделов художественных произведений, изданных в 15 различных изданиях; научные труды и статьи (17); труды Кулаковского, неопубликованные в печати - всего 15 названий. Автор привел 70 работ о Кулаковском, преимущественно статей.
 
Таковы труды предшественников составителей библиографии о А.Е. Кулаковском.
 
Настоящий биобиблиографический указатель состоит из двух разделов. В конце дается именной указатель и список использованной литературы.
 
Первый раздел "Творчество А.Е.Кулаковского" включает более 20 книг. В школьной программе произведения поэта представлены в 8 учебниках и учебных пособиях. Кроме того, творчество А.Е. Кулаковского напечатаны свыше 100 различных сборниках и периодических изданиях. Во II разделе "Литература о жизни и деятельности" вошли 8 монографий и свыше 100 научных статей, посвященных А.Е. Кулаковскому.
 
* * *
 
Алексей Елисеевич Кулаковский - псевдоним Ексекулээх Елексей (что означает в переводе на русский язык мифический двухглавый Орел Алексей) - родился 16 марта 1877 г. в семье зажиточного якута IV Жехсогонского наслега Ботурусского улуса Якутской области. С его именем началась якутская письменная литература, оригинальное философское видение и концептуальный подход к различным проблемам экономической, социально-политической, общественно-культурной жизни якутского народа. Творчество Кулаковского по своему философскому обобщению проникало в самые глубинные пласты жизни, а по широте охвата перешагнуло границы родной стихии и поставило проблемы мировых войн, революции, межнациональных отношений, голода, перенаселенности планеты, миграции народов, экологии и других вопросов, имеющих общечеловеческое значение. С именем эпического поэта реалиста, сатирика, лирика Кулаковского якутская литература вышла на уровень мировой художественной литературы.
 
Общепризнано, что поэзия А.Е.Кулаковского является органическим сплавом личностного художественного видения поэта, через призму поэтики богатейшего якутского устного творчества. А вот каким образом форми-ровалось его личностное видение, философское, проблемное, эстетическое восприятие действительности? По моему мало кто задавался этими вопросами.
 
Мировоззрение Кулаковского формировалось на стыке Х1Х и ХХ веков под непосредственным влиянием народнической политической ссылки, их просветительской деятельностью среди якутского народа. 0 научных трудах политссыльных И.А.Худякова, В.Л.Серошевского, посвящен-ных Якутии, он имел очень высокое мнение, о создателе монументального якутского словаря бывшего политссыльного, ставшего с 1931 г. почетным академиком Э.К.Пекарском, Кулаковский в 1912 г. подчеркивал непреходящую ценность его многолетнего труда. Он, уважительно относясь к трудам политссыльных народников, все же проявлял самостоятельность и относился к некоторым их выводам и фактам критически, как настоящий исследователь.
 
Кулаковский свои обоснованные замечания высказывает трудам И.А.Худякова "Верхоянский сборник. Якутские сказки, песни, загадки и пословицы" (Иркутск, 1890), В.Л.Серошевского "Якуты", т. 1. (Петербург, 1896) и даже к словарю Э.К.Пекарского в своем личном к нему письме. 0 книге В.Ф,Трощанского "Эволюция черной веры (шаманства) у якутов" (Казань, 1903) Кулаковский писал: "Удивляюсь замечательной выдержан-ностью выводов Василия Филипповича". Вместе с тем он критикует книгу Трощанского за то, что автор отрицает в якутской языческой вере борьбу доброго начала со злом" и "этическую сторону веры". В отличие от Трощанского Кулаковский в своем труде "Материалы для изучения верований якутов" приходит к выводу: "Характерной чертой якутской религии была утилитарная и материалистическая точка зрения. Двойствен-ность сил природы выражена в ней довольно ярко, но без резких переходов".
 
Сейчас наступило время говорить в полный голос о народниках, об их героических деяниях и идейном влиянии на местное население,на конкрет-ных лиц в местах невольного их пребывания. Сотни народников, являющиеся передовой интеллектуальной силой русского общества и сосланные в якутскую ссылку (57 проц. из них были люди с высшим образованием), сделали много добра, сеяли передовую русскую мысль, культуру, открывали свои школы, занимались научным изучением края, населения, их хозяйства. Молодые, одаренные от природы якуты Кулаковский, Софронов, Неустроев, Николаев, Ксенофонтовы, Никифоров, Новгородов, Егасов, Оросины, Слепцовы, Ефимовы, Борисовы и другие впитывали их идеи и мысли, дружили со многими из них.
 
Кулаковский всегда чувствовал себя сыном любимой Якутии, для которого Россия была общей матерью -- Родиной с большой буквы. "Весьма много сделал, писал Кулаковский Пекарскому в 1912 г., -- в отношении поднятия культуры края последний из губернаторов некий Крафт -- человек замечательно энергичный и работоспособный, к тому же и умный". Даже в этой положительной характеристике губернатора Кулаковский исходит с позиции человека, для которого Россия является общей Родиной. Мимоходом заметим: мы привыкли награждать всякими непристойными эпитетами царских чиновников. Но, однако, и из их среды были исключения, которые приносили пользу народу. Одним из таких деятелей был, по нашему глубокому убеждению, Иван Иванович Крафт.
 
Для Кулаковского прогрессивная культура русского народа и класси-ческая литература была той духовной силой, которая направляла его по пути бескорыстного и самоотверженного служения родному народу и критерием восприятия и подхода окружающей действительности и выработки им своих принципов художественно-эстетического отношения к действительности.
 
В рукописном архиве Кулаковского случайно сохранилась тетрадь, (могли быть и больше), где он переписывал стихи и отрывки из поэмы Пушкина, Лермонтова, Некрасова, Кольцова, Крылова, Никитина, Жуков-ского, Хераскова, Цыганкова. В 1908 г. он перевел отрывки из поэмы Лермонтова "Демон". Существенным шагом в создании якутской литературы он считал переводы художественных произведений с русского языка на якутский.(Архив Кулаковского бесследно исчез, в том числе и стихотворение, посвященное к 50-летию В.Г.Короленко (1903 г.) - бывшего политссыльного Якутии, классика русской литературы). Известный критик Виктор Кочетков сделал интересное наблюдение. По его мнению "основательно штудировал Кулаковский историю великой русской литературы и как близки ему демократические традиции русскои критической мысли". Он объяснил это тем, что характеристики данные Кулаковским поэзии А.С.Пушкина близки "с характеристиками Белинского и Гоголя".
 
Соглашаясь с этими наблюдениями критика, более подробно рассмотрим рассуждения двадцатилетнего юноши Кулаковского -- выпускника Якутского реального училища (кстати заметим, что он первый якут, окончивший это среднее учебное заведение) в автореферате "Главнейшие достоинства поэзии Пушкина", написанном им в 1897 году.
 
Молодой человек размышлял над вопросами об особенностях нацио-нальной реалистической литературы, проблемами содержания и формы, духа и языка поэзии. "Пушкин, -- рассуждал юноша, -- овладал изумительной способностью понимать дух, положение, быт своей нации". И по мнению молодого Кулаковского, он отразил эти особенности в своих произведениях и считал ее первым достоинством поээии Пушкина.
 
"Широта творчества давала возможность Пушкину переноситься в какую угодно эпоху времени и народности", "слог Пушкина отличается легкостью, красотой и гармонией", "вполне освоив живую народную речь, Пушкин с гениальным искусством применил ее к выражению самых разнообразных впечатлений, самых утонченных движений чувств".
 
Классицизм, в понимании Кулаковского, высокопарная ложь, сентимен-тализм -- лицемерие, романтизм -- искусственные причуды. Возможно, молодой человек в своих оценках различных направлений в литературе слишком категоричен. Всем этим направлениям противопоставляет Пушкина, как поэта "реализма", который вводит "живые виды, более правдоподобные", вместо ложных драм, од и поэм классицизма, не соблюдает условность в драмах, легкие стихи Пушкина откровенны, выражают повседневное, естественное чувство человека.
 
Молодой Кулаковский думает и о различных сторонах дарований представителей реалистической литературы. По его мнению Пушкин в отрицательном герое находит его положительные черты или наоборот. В злодее Мазепе поэт видит умного, ловкого и способного человека, а в Пугачеве свойственно чувство "благодарности", т.е. Пушкин создает характеры разносторонними и многогранными. Вместе с тем "нельзя требовать от него (Пушкина), что он писал и отрицательные стороны жизни, -- рассуждает Кулаковский, -- ибо такое требование было бы равносильно тому, что он не вмещает в себе и другого гения -- гения Гоголя. Это все равно, что от лошади требовать, чтобы она летала".
 
Это зрелые, во многом правильные рассуждения юноши Кулаковского наводят на мысль, что он основательно усвоил реалистический метод отображения действительности, выработал свои художественно-эстетические принципы, исходя из реалистической русской литературы и дальше учился у русских классиков в масштабности охвата действительности, ее философского обобщения и умения докопаться до глубинных причин отображаемого явления.
 
До 1977 г. А.Е.Кулаковский не был известен широкому кругу русскоязычных читателей. Его несколько произведений в переводе большого друга якутской литературы сибирского поэта, Анатолия Ольхона включились в общих небольших незаметных сборниках, распространенных преиму-щественно внутри республики.
 
В 1977 г. издательство "Советская Россия" с предисловием М.Пархоменко и Г.Сыромятникова издало сборник стихов и поэм почти всех известных произведений поэта в 25 тыс. экз., а в 1986 г. издательство "Современник" переиздало с включением туда прозаических произведений с предисловием Виктора Кочеткова в 10 тыс. экземплярах. По единогласному мнению специалистов перевод с якутского на русский язык произведений Кулаковского выполнен Вл.Солоухиным и Сер.Поделковым профессионально и на самом высоком уровне, с соблюдением всех сложных оттенков и нюансов стиха поэта.
 
Русскоязычный читатель принял Кулаковского, как своего писателя, поэтические строки которого затронули какие-то струны их души. Почти подобные мысли высказывают в своих рецензиях к сборнику Гилемдар Рамазанов (Лит. газ., 1978, 11 окт.) Т.Комиссарова (Лит. Россия, 1979, 26 янв.), В.Оскоцкий, очень высоко оценивая качество перевода произведений поэта, справедливо считают, что Вл. Солоухину и Сер. Поделкину принад-лежит "честь первого открытия для русских, а значит, и для много-национальных читателей страны самобытного таланта поэта" (Лит. обозрение, 1978, М 12. с. 64). Виктор Кочетков в предисловии к изданию 1986 г. решительно заявил: "Алексей Кулаковский, после многих лет забвения, как бы заново родился для миллионов советских читателей. Его мудрый и мужественный голос отчетливо слышен теперь далеко за пределами Якутии". Ныне получено известие, что стихи и поэмы Кулаковского переводятся на французский язык.
 
Невольно возникает вопрос: почему произведения Кулаковского завоевали симпатию читателей, не знающих якутского языка, по какой причине его творчество стало общероссийским явлением?
 
Мы отчетливо видим три периода в творческом пути А.Е.Кулаковского. Первый: С 1900 г. - год создания первого поэтического произведения "Заклинание Баяная", возвестившего зарождение якутской письменной литературы и 1908 года написания - вольного перевода отрывка поэмы Лермонтова "Демон". Поэт переводит клятву главного героя Демона -злого гения, восставшего против устоявшегося "мирового порядка" и в то же время его готовность к духовному возрождению и отказу от всеразрушающей злобной своей природы ради любви к красоте и добру (образ Тамары). Поэта-переводчика в данном случае интересовали глубинные и сложные противоречия злого начала бунтарской личности.
 
Это была своеобразная учеба Кулаковского у классиков русской литературы: постигнуть через поэзию секреты глубинного философского обобщения мировых проблем, диалектики добра и зла, вечного противоречия между рассудком и чувством личности и т. д. И эта особенность поэзии Кулаковского воплотилась во всей сложной противоречивости во втором периоде его творческого пути.
 
В первом периоде Кулаковским написаны на сюжет народной поэтики кроме "Заклинания Баяная", "Вилюйский танец", который продолжен в последующем такими произведениями как "Благословение по старинному", "Старинная якутская клятва", "Я знаю". В целом все творчество поэта пронизано народной мудростью, чарующей силой мира сказок, своеобразной, первобытной своей суровостью, красотой северной природы, по своему неповторимой поэзией народной традиции, фольклора, приподнимающей, ласкающей, иногда кроваво-жестокой силой поэзия Кулаковского раскрыла духовный мир одного из северных народов -- якутов. Она в то же время наполняла детской прелестью читателя, независимо от его национальной принадлежности.
 
В первом периоде Кулаковский сильно подчеркивал социальные и классовые мотивы, которые иногда доходили до гоголевского гротескно-саркастического обобщения. Богач, содержащий бесчисленное количество коров и лошадей, обладающий множеством денег, питается падалью, есть коровьи кишки, пьет молоко, разбавляя водой, скажешь "дай" - отвернется, скажешь "на" - улыбнется ("Богатый скупец").
 
Якутка из бедной юрты настолько несчастна и проклята свинцово тяжелой улусной жизнью, задавлена нуждой и горем; она и ее семья "от весны и до осени бедствовали, от осени до весны горе мыкали, весною от голода пухли", "вши заедали, клопы кусали", Такое положение сущест-вовало, несмотря на ежедневный тяжкий труд. Поэт скорбит о несчастной доле якутской женщины. Очевидно, поэтому А.Петросян в статье "Споры о наследстве" ("Знамя", N8, 1961), считала поэму "Деревенская женщина" центральным и главным произведением поэта. "Так мог писать только подлинный демократ и верный сын своего народа". Можно согласиться со вторым обобщением, а с первым можно еще спорить (Какое произведение является центральным?).
 
Остро критическое отношение Кулаковского к классовым и социальным проблемам дореволюционной Якутии мы находим в произведениях "Портреты якутских женщин", "Песня столетней старухи". а во втором периоде в стихотворениях "Бахвальство пьяного богача" и "Городская девушка".
 
Но Кулаковский не был бы Кулаковским, если бы не написал такие масштабные произведения, глубокие по философскому обобщению, охватывающие судьбы многих стран и народов, проблемы добра и зла, войны и мира, революции и междоусобицы, голода и переселения народов, Все эти общечеловеческие проблемы он поднял во втором этапе своего творческого пути, который начинается с поэмы "Дары реки" 1909 года и до утверждения в Якутии советского строя.
 
"Дары реки" (1909 г.) открывает второй этап творчества Кулаковского. В поэме характерны философские размышления над вечными проблемами жизни на материалах якутской действительности.
 
Северный Ледовитый океан и впадающая в него одна из величайших рек мира Лена -- младшая дочь великого океана, благодетель двуногих, кормилец всех живностей на своем громадном бассейне -- пытается угождать седому океану. В ответ она "девять дней и девять ночей бушевала, бурлила и бесновалась от глупой речи дочери Лены. На десятый день, немного успокоившись, заговорила словами тяжелыми, словно льдины".
-- Видишь мои седины?.
Со времен сотворения мира
Держу я нерушимую клятву
Бороться
Против светло-белого солнца
Да ничтожных двуногих существ.
 
 
За то, что "глупая младшая дочка "Лена оберегает", "защищает", "жалеет", "лелеет" "людишек жалких" злобная бабушка-океан направляет в отместку безжалостную старшую дочь - жестокую зиму вместе со старшим сыном -- великим бессердечным Быком Морозом.
Всех желаемых тобой
3аморозит в прах
Холод, смерть,
Снег, мрак...
До окончания века
Да будет так.
 
 
Глубокая философская проблема -- борьба добра и зла, воплощенная в аллегорических образах Лены, Ледовитого океана, великого Быка Мороза из якутской мифологии, выражает безысходность борьбы добра над злыми силами природы и общества, бесперспективность торжества светлых начал над темными силами.
 
Как бы в унисон с этим беспросветным и безысходным будущим 10 августа 1908 г. прогрессивная общественно-политическая и литературная газета "Якутская жизнь", издаваемая в Якутске при помощи политссыльных, в передовой статье "Мертвые дни", писала: "Как будто 40 градусные морозы переместились из сферы климата в социальную жизнь и сковали ее, убили ее нежные ростки, заставили более устойчивее спрятаться, зарыться глубже в снег и ждать, томительно долго ждать великих дней, лучших времен.
Черные дни мучительной страды
Идут и идут один за другим.
Тьмы без просвета, гнет без пощады...
 
 
И трудно в нависшей над страной, над областью морозного тумана, реакции разглядеть очертания вероятного будущего".
 
Мы далеки от мысли, что Кулаковский воплотил в художественной форме эти тяжелые и пессимистические мысли, как отмечается в газете. Просто хочется заметить, что над прогрессивной и думающей частью интеллигенции Якутской области довлела,возможно не совсем осознанная ею до конца, страшная темнота, бесперспективность, также как и над демократической частью центральной России -- политическая реакция наступившая после революции 1905-1907 годов.
 
Вершиной всего творчества Кулаковского и его центральным произ-ведением является темпераментная по накалу, планетарная по масштабам охватываемых стран и событий, динамичная по сюжету поэма "Сновидение шамана". Герой поэмы -- белый шаман-провидец. Однако он -- не обычный якутский шаман, он -- философ, объясняющий развитие человеческого общества не сверхъестественными силами, а его внутренними законами развития, гуманист, разоблачающий ужасающие способы уничтожения человечества войною, страстный протестант против классового и национального гнетов заводчиками и фабрикантами рабочего люда и более развитыми и сильными народами слабых и менее развитых народов.
 
Шаман сетует на непонимание им революционной борьбы рабочего люда. Он знает только одно: борьба эксплуатируемого люда справедливая. Они часто твердят "Свобода", неимущие ждут "Революцию", всюду кричат "Республика".
Речей этих смысл
Недоступен мне, сознаюсь,
Не могу разобраться в них -
Вот какая беда,
Неясен смысл, как говор гусей, --
Вот какая напасть
Не понял еще призывов я --
Вот что меня тяготит.
 
 
Более честного признания непонимания смысла революции, ее конечных целей мало где можно найти. Ведь поэма была написана в 1910 году.
 
Шаман-философ за четыре года до первой Мировой войны предсказывал неизбежность бесчеловечной, страшно разрушительной всемирной войны, за семь лет до великих потрясений в России предвидел революцию. В комментарии к изданию поэмы Кулаковский писал: "Когда в 1910 г. писалась мною эта песня, то предполагалась, что всемирная война, так и русская революция разгорятся не ранее, чем через 20-25 лет. Великий голод и переселение на отдаленные окраины должны были случиться вслед за войной и революцией, как естественные их последствия".
 
Якуты, как составная часть человеческого рода, не могут в этом всемирном потрясении оставаться островком. Мировой катаклизм непременно коснется судьбы малых окраинных народов. Поэтому шаман видит неминуемую гибель соплеменников, раздавленных много-миллионными голодными переселенцами. Естественно, что он мог бы призывать свой родной народ к истребительной беспощадной борьбе с ожидаемыми переселенцами. Но шаман ищет другой путь. Рассчитывая на значительный срок (20-25 лет), он советует сородичам "семьдесять семь их тайн" сопринять, чтобы "ею скормить Душу-Родительницу", "восемьдесят восемь" хитростей познать, чтобы "насытить им Душу-Воздух", "девяносто девять наук" перенять, чтобы обогатить "Душу-Землю". В комментарии к поэме эту основную просветительскую идею Кулаковский выразил следующим образом: "Рассчитывая на такой сравнительно долгий срок, шаман советует соплеменникам успеть усвоить русское "волшебство", т,е, культуру, чтобы стать равными с пришельцами в борьбе за существование".
 
Шаман говорит о трех душах. Якуты представляли человеческую душу, состоящей из трех составных частей: Душа-Родительница, Душа-Воздух, Душа-Земля.
 
После обогащения этих трех душ якутов русским "волшебством" (если немножечко домыслить) якутский шаман добровольно уступает силе русской культуры, признав бессилие своего колдовства. Эта великая жертва для шамана ради выживания своих соплеменников. В прозаическом произведении, в письме к "Якутской интеллигенции" (1912 г.), Кулаковский считал, что в ожидаемых надвигающихся ужасных событиях "единственным рацио-нальным средством" является принятие русской культуры и физическое "слияние с русскими". При этом он считает, что "помесь" якутов с русскими "дает хорошие плоды".
 
В этой идее Кулаковского не следует видеть что-то ужасное (например, в одно время ему приписывали чудовищную мысль об "стерилизации"), т.к. и в те времена и ныне шел и идет процесс сближения и слияния народов. Весь вопрос заключается только в том, чтобы не стоит его искусственно ускорять или препятствовать. Это естественный процесс, причем исторически неизбежный, решаемый исключительно на личностном уровне.
 
Во втором периоде творческого пути поэт предстает уже зрелым крупным мастером художественного обобщения, овладевшим секретами проникновения в глубинные пласты жизни.
 
Интересен в этом отношении произведение "Спор между умом и сердцем". Поэт писал, что в нем "выражен взгляд якута на вековечную проблему человечества -- борьбу рассудка со страстями, -- проблему еще не разрешенную". Сердце якута стало мятежным. Оно любит веселье, страстно доказывает, прибегая часто к софистике, "содержательную" жизнь, под которой понимает борьбу за первенствующее положение в силе, уме, хитрости в обществе. Оно заставляет хозяина играть в карты, пить без меры вина, курить крепкого табака, вступать в кратковременные связи с женщинами и т.д. Разум пытается сдерживать страсти сердца прибегая вроде бы к разумным доводам. Все эти "общечеловеческие пороки" мучают совесть хозяина, приводят к безмерным физическим, материальным и моральным страданиям, сокращают его жизнь.
 
В этом страстном споре ума и сердца речь последнего сильна и убедительна, часто доходит до обличительной патетики.
Нет.
Я хозяина нашего
Жить заставляю по-своему,
Пока он пригож да молод,
Пока он в цвету и в силе,
Успеет належаться в могиле.
 
 
Читая обличающие эти разговоры сердца и ума хозяина думаешь: неужели в сердце патриархального якута, привыкшего к размеренной по своему ритмичности жизни, находящегося с раннего утра до позднего вечера в выполнении изо дня в день одной и той же изнурительной работы, закрались болезни "цивилизованного" человека?!
 
Кулаковский в своих поэтических произведениях и на якутской почве увидел великое противоречие современной для него цивилизации и прогресса. С одной стороны -- величайшую силу техники, науки, культуры ("Сновидение шамана", "Большая огнедышащая лодка", "Благословение среднего мира"), с другой стороны -- столь же великую разрушительную силу техники и прогресса по проблемам выживания человечества (войны), на экологию, на нравственные устои человека ("Сновидение шамана", "Дары реки", "Оборотень" и т.д.).
 
В третьем периоде творчества Кулаковского произошел коренной перелом в его мировоззрении. В связи с этим он лихорадочно ищет общественные и политические силы, которые могли бы вывести страну в целом, якутов в частности, из того тупикового состояния, в которых они оказались в результате первой мировой войны, революции и гражданской войны.
 
Белый шаман, обращаясь к соплеменникам -- саха (якутам), в 1910 г. неопределенно, тяжело и удручающе вещал:
Когда разум наш заключен,
Кажется, в шестикратный обвив змеи,
Крошечное счастье саха
Могут отнять у него?
И обидно,
И горько так...
 
 
В 1910 г. в знаменитой поэме "Сновидение шамана" поэт, раздумывая ставит гамлетовский вопрос: "быть или не быть?!" об исторической перспективе, о судьбе якутов. В 1924 г. в поэме "Наступление лета" "прославившийся вещун", "известный провидец судеб" мудрый старик из далеких улусов, открывая весенний радостный якутский национальный праздник (ысыах), обращается к языческому богу, сотворившему вечное небо, поселившему оттуда на срединный мир якутов, со следующими словами благодарности:
 
По твоему повеленью Стали людьми, Не увядая плодились мы. Согласно установленному твоему Стали якутами мы, Невымирающее потомство Мы завели. Теперь новый взгляд на судьбу родного народа, гамлетовский судьбо-носный для поэта вопрос решен в пользу "быть". К тому были глубокие причины. После утверждения советской власти в Якутии поэт четко видит общественную силу в лице рабочего класса и партии большевиков. Удивительно то, что поэт в годы искания этих сил глубоко ознакомился с историей и деятельностью партии. Он считает, что партия выполнит свою историческую миссию, если она "умерит запальчивость чувств", "умно устранит разлад", "учения своего узко понятые места убедительно разберет", не свернет "с прямого пути", "не накреняясь на правый бок, не разливаясь влево, будто весной". "Если нужно - и отступи чуток". Если обьединит она помыслы многих, "если горе и нужды людей угаданы будут". В этих лапидарных и очень точных фразах я вижу самые существенные моменты внутрипартийной борьбы. Так мог писать интеллигент, который был далек от идеи марксизма, от практики революционной борьбы (таковым был Кулаковский), только после вдумчивой и очень усиленной серьезной умственной работы и "переваривания" множества фактов и различных оттенков политических партий, существовавших тогда в стране. Она (партия) не объединила "помыслы многих", не угадала "нужды людей", свернула "с прямого пути", что привела к естественной гибели советской власти. Эти поэтические предвидения поэта - философа оказались пророческими.
 
Е.Е. Алексеев,
Заслуженный деятель науки РС(Я),
лауреат Государственной премии
им. А.Е. Кулаковского РС(Я)--[[Special:Contributions/91.185.225.78|91.185.225.78]] 10:22, 11 Бэс ыйа 2008 (UTC)
Ааттарын эппэтэх кыттааччылар

Навигация